Почтовый тракт через самарские уезды: дороги, станции и прогонная плата (1862)

—
19:54
164
Почтовый тракт через самарские уезды: дороги, станции и прогонная плата (1862)

Есть особая поэзия в старых почтовых трактах. По ним шли государевы курьеры и купцы с обозами, переселенцы и всякий дорожный люд. И у каждого участка такой дороги был свой норов: то песчаная «почка», то топкая чернозёмная грязь, то крутой спуск, на котором экипаж надо было непременно тормозить, то река, разливавшаяся весною так, что не оставалось пути, кроме лодок.

Долгие годы земля нынешней Самарской области жила дорогой. Прежде чем стать губернией в 1851 году, Бугурусланский, Бузулукский и Ставропольский уезды входили в Оренбургскую губернию, и через них лежал путь из Поволжья в Оренбургскую степь. Каким он был — об этом подробно рассказано в архивном деле «Описание дорог и почтовых станций Оренбургской губернии» за 1862 год (Центральный государственный исторический архив Республики Башкортостан, ф. И-1, оп. 1, д. 3212).

«Описание дорог» — взгляд в дорожные будни

Дело открывается живописным текстом «Описание дорог от Чермиской почтовой станции до соседственных». Это не казённый перечень, а самое что ни на есть путевое описание: холмы, почвы, спуски, лодки, мосты, паромы. Вот строки о том, как вёснами уходила под воду дорога и как путники искали обхода:

«Весною во время разлития рычка [разлива реки] делается обыкновенно уездная на тракт Сибирской до 9 версты, откуда сворачивает дорога и идет проселком чрез деревни Кермашикову, Ножаку, Панкову, Горнову и Можаеву, расстоянием всего на 45 верст»
— ЦГИА РБ, ф. И-1, оп. 1, д. 3212, л. 2

Заметьте: проселочный объезд почти вдвое длиннее прямой дороги — 45 вёрст. Для того и вели ладью по разливу, чтобы не терять время в распутицу.

На той же странице — перечни рек и переправ, где знакомые каждому здешнему краеведу имена соседствуют с дорожными приметами:

«…рычка Бергуслан [Бугурусланка], на которой построен деревянный мост на сваях. Версты рычка Малый Уршак и на 22 рычка Большой Уршак, весною отворится вода… переправа на лодках; аптомоль [осенью] постоянные деревянные мосты на сваях»
— там же

Река Бергуслан — это нынешняя Бугурусланка, приток Самары. Ещё в 1862 году по ней шёл под сваи деревянный мост, а Малый и Большой Уршак весною соединялись переправою на лодках.

Сколько стоила гоньба

Внизу листа — таблица расстояний от Чермиской станции «с показанием прогонов, платимых на версту и на лошадь»:

К Самаровской … 30 вёрст (прогонная плата 9½ коп. сер. на одну лошадь)
К Камышминской … 23 вёрсты
К Подфишаловской … 21 верста
Итого … 74 вёрсты (по среднему расчёту 2¼ версты)
— там же, таблица «Расстояние»

Полкопейки с лишним за лошадь на версту, тридцать вёрст до соседней станции — так считали тогда почтовую жизнь: строго, в копейках серебром, но с поправкой на сезонную распутицу.

Чем обзаводилась станция

Отдельные ведомости в том же деле подробно расписывают, из чего складывалось хозяйство каждой станции. По типовой смете на одну из станций тракта Ставрополь — Бузулук полагалось держать до десяти лошадей:

Лошади — ростом «не менее 2 аршин», по 50 рублей за голову.
Повозки: телеги или брички на деревянных осях, сани, накладные из циновки «с цинкопочным заметом», кибитки — летние и зимние.
Сбруя и сборустройство: хомуты с постромками, сёдла и седелки с чересседельниками, дуги, крашенные чёрною масляною краской, колокольчики, возжи ремённые плетёные, уносные постромки с вальками, кожа для покрышки чемоданов
— ЦГИА РБ, д. 3212, сметы станций

Колокольчик на дуге дорожной тройки — тот самый, что потом станет символом ямщицкой удали. А за ним — реальный обиход: запасные дуги только под телеги, сёдла считались отдельной строкой, а за шкуру для чемоданов платили четыре рубля.

Станция держала старост и почтарей: им полагалось жалованье и пища, зимой тулупы, суконные армяки, медные почтовые знаки и гербы на шапках. Недостаток средств на обзаведение покрывался из сумм земских сборов, а содержателей станций — «сателитов» — селили при станции на довольствие. Сметы подписывали депутаты от окрестных уездов.

Что это значит для нас

Для краеведа это дело — живое свидетельство, что наши сёла не были глухим углом. Они стояли на большой государственной дороге, которая связывала Поволжье с Оренбургским краем и далее — с Сибирью. По ней ездили с прогонной платой в копейках серебром, вёснами переправлялись через разлившиеся Уршаки на лодках, а через Бугурусланку — по деревянному мосту на сваях. И сама память об этом — часть той «козьей тропы» истории, по которой мы вглядываемся в минувшее.

Источники: ЦГИА РБ, ф. И-1, оп. 1, д. 3212 «Описание дорог и почтовых станций Оренбургской губернии», 1862 (л. 2 — описание дорог от Чермиской станции; сметы станций; таблица расстояний и прогонов).

Нет комментариев. Ваш будет первым!