Мнение профессора П.А. Преображенского о кладоискательстве.
Кратко о Павле Александровиче:
Преображенский Павел Александрович — общественный деятель, педагог и краевед.
Преподавал историю, логику, психологию в Самарской духовной семинарии (1883-1909 гг.), коммерческом училище Глазова (с 1908 г.), гимназии Хардиной (с 1907 г.). Был одним из основателей Самарского общества народных университетов, член партии кадетов. В 1917 г. входил в Самарский комитет народной власти. С 1919 г. преподавал в Самарском университете, с 1922 г. в сельскохозяйственном институте.
А также являлся членом Самарского археологического общества, первым заместителем председателя Общества археологии, истории, этнографии и естествознания при университете. Возглавлял археологическую комиссию и Высшие этнолого-археологические курсы общества.
Цитата из книги «Очерк истории Самарского края»:
«Курганы нередко делались добычею хищников — искателей кладов; многие курганы без толку изрыты и должны считаться погибшими для науки. В других погибали сами искатели сокровищ, неосторожно подрывшиеся внутрь кургана узким подземным ходом. Надо иметь в виду и разъяснить населению, что раскопка курганов без дозволения Археологического Общества или Археологической Комиссии воспрещена нашими законами! Небольшие курганы раскидываются сверху, прочим на вершине кургана роется четырехугольная яма, аршина 2.5 в каждой стороне. Постепенно показываются гнилушки старинного сруба, если такой был сделан для погребения, потом кости скелета и около них различные вещи. Обыкновенно (в Самарских курганах) покойник лежи на спине; голова свернута в сторону, возможно — от давления земли; руки сложены на животе. Кругом топор, копье, нож (мужское погребение) или бусы, браслеты, кольца, если погребена женщина. Часто встречаются глиняные сосуды с остатками пищи, или железные и медные котлы. Нередко раскопки приносят большое разочарование: ничего не открывается, кроме костей. И вообще говоря, наши обыкновенные курганы не заключают в себе ничего имеющего рыночную ценность; редко попадаются украшения из серебра и то очень плохого. Судя по строению черепов, в курганах покоятся люди разных племен; одни с продолговатым черепом, низким лбом и сильно развитыми надбровными дугами, придававшими лицу несомненно свирепый вид; другие — с аккуратно сформированной головою круглой формы, с высоким лбом и соразмерными очертаниями лица. Курганы крупных размеров по-видимому обещают более разнообразную добычу. Случайные раскопки, между прочим — при проведении Оренбургской железной дороги, обогатили наш городской музей бронзовыми идолами, золотыми бусами, металлическими зеркалами, каменными блюдами с интересными на них узорами и т.д. Однако курганы более крупных размеров могли быть насыпаны и более древними обитателями края… Можно полагать, что лишь незначительная часть того, что так или иначе найдено было из Самарских древностей, хранится в музеях. Многое Разошлось по разным рукам и частию пропало, частично попорчено или переделано, частию бесполезно лежи у отдельных лиц. Интеллигентным труженикам края и, в собственности, — народным учителям необходимо заняться обследованием имеющихся около них древностей. Весьма желательно было бы привести в известность, где и какие имеются у нас различные стоянки, курганы, могильники, городища. Надо спрашивать местных жителей, нет ли у кого старинных предметов и не согласны ли будут их владельцы пожертвовать или продать для Городского Музея. Необходимо при каждом предмете иметь его „паспорт“, т.е. запись, где именно (село, деревня, при реке, в овраге, на какой глубине) кем и когда найден то предмет.»
Источник: Очерк истории Самарского Края.
Автор: Максим Утенков.